18+
Герб
Рекламный баннер 980x90px unterhead
Архив
Рекламный баннер 300x200px left-1
Мы в соцсетях
Рекламный баннер 300x600px left-2
Рекламный баннер 300x60px right-1
Рекламный баннер 300x60px right-2

#СССР@histvoendok

#СССР@histvoendok
1327
#Репрессии@histvoendok #коллективизация

Вплоть до 1940 г. оставался открытым вопрос о призыве на военную
службу бывшей трудпоселенческой молодежи, освобожденной из «кулацкой ссылки» по постановлению СНК СССР от 22 октября 1938 г. и другим решениям.
Показать полностью...

27 февраля 1940 г. вышло указание Главного управления РККА «О порядке приписки к призывным участкам трудпереселенческой молодежи», в котором говорилось (приводим весь текст):
«1. На основании статьи 30 Закона о всеобщей воинской обязанности к категории лиц сосланных и высланных относятся также и трудпереселенцы. Призывников из числа трудпереселенческой молодежи, состоящей на учете местных органов ОТП ГУЛАГ НКВД, к призывным участкам не приписывать, учет их не вести и в Красную Армию и флот не призывать. Лица, указанные в статье 30 Закона о всеобщей воинской обязанности, также не подлежат приписке к призывным участкам.

2. На основании постановления СНК СССР за № 1143—280с от
22 октября 1938 года, дети трудпоселенцев при достижении 16-летнего
возраста, если они лично ничем не опорочены, освобождаются из трудовых поселков с выдачей паспортов, но с ограничением проживания в режимных городах. Освобожденная из трудовых поселков призывная молодежь подлежит приписке к призывным участкам и призыву в Армию с зачислением в кадровые части по особому указанию НКО СССР».

Таким образом, указание ГУ РККА от 27 февраля 1940 г. подтвердило
незыбленность прежней практики, а именно: все лица, сохраняющие статус трудпоселенца, на военную службу не призываются. Исключение делалось только для молодежи, освобожденной по постановлению СНК СССР от 22 октября 1938 г., т.е. для лиц, уже не имевших статуса трудпоселенца.

К концу 1930-х гг. подавляющее большинство трудпоселенцев продолжало оставаться без паспортов. Они не выдавались даже трудпоселенцам, работавшим в угольных шахтах и проживавшим в шахтных поселках бок о бок со свободными гражданами. В августе 1939 г. зам. наркома внутренних дел СССР В.В. Чернышев в письме на имя секретаря Президиума Верховного Совета СССР А.Ф. Горкина сообщал: «Трудпоселенцам, проживающим в зоне шахтных поселков, паспорта выдаваться не будут. Этот контингент будет прописываться по справкам комендатур трудпоселков...»

Во второй половине 1939 г. некоторым трудпоселенцам, работавшим на
строительстве, лесосплаве и в других отраслях народного хозяйства по
трудовым соглашениям, заключенным между ними и хозорганами, было
разрешено выдавать паспорта с отметкой в графе 10-й: «Годен для проживания в таком-то районе». Лица, вступившие в брак с нетрудпоселенцами, обычно получали право на выезд в избранные ими места жительства и на получение паспортов.

В апреле 1939 г. Л.П. Берия представил в ЦК ВКП(б) и СНК СССР
на утверждение проект партийно-правительственного постановления об
«уточнении правового положения трудпоселенцев». По своей сути проект был ориентирован на наиболее радикальное за все 1930-е годы реформирование «кулацкой ссылки». В частности, предусматривалось упразднение комендатур с возложением функций последних на районные отделы милиции. Однако НКВД сделал всё возможное, чтобы не допустить такой «реформы», вследствие которой могла быть нарушена создававшаяся в течение почти десятилетия система «трудовой ссылки». Проект обсуждался и уточнялся на протяжении почти двух лет, пока, наконец, в марте 1941 г. руководство НКВД само не уведомило СНК о «неактуальности этого вопроса» и не попросило «проект с обсуждения снять».

По нашим оценкам, общее число раскулаченных в 1929— 1933 гг. и позднее крестьян (всех трех групп) могло максимально составлять 3,5 млн, из них порядка 2,1 млн побывали на спецпоселении («кулацкой ссылке»). Всего, по нашим расчетам, в период 1930— 1940 гг. через спецпоселение в форме «кулацкой ссылки» прошли около 2,3 млн человек, включая «примесь» в лице городского деклассированного элемента, высланного из погранзон «сомнительного элемента» и др. В 1940 г. в «кулацкой ссылке» оставалось около 1 млн человек, и, следовательно, убыль за 1930— 1940 гг. составила около 1,3 млн (2,3 млн — 1,0 млн), из них умерших было не более 600 тыс., а бежавших и освобожденных — свыше 700 тыс. https://realnoevremya.ru/uploads/articles/4e/9d/4ab39..

Опубликовано - "Сталинская эпоха. Экономика, репрессии, индустриализация. 1924— 1954 "/ Виктор Земсков. — М. : Вече, 2018. с.75-76. #Репрессии@histvoendok #коллективизация

Вплоть до 1940 г. оставался открытым вопрос о призыве на военную
службу бывшей трудпоселенческой молодежи, освобожденной из «кулацкой ссылки» по постановлению СНК СССР от 22 октября 1938 г. и другим решениям.
Показать полностью...

27 февраля 1940 г. вышло указание Главного управления РККА «О порядке приписки к призывным участкам трудпереселенческой молодежи», в котором говорилось (приводим весь текст):
«1. На основании статьи 30 Закона о всеобщей воинской обязанности к категории лиц сосланных и высланных относятся также и трудпереселенцы. Призывников из числа трудпереселенческой молодежи, состоящей на учете местных органов ОТП ГУЛАГ НКВД, к призывным участкам не приписывать, учет их не вести и в Красную Армию и флот не призывать. Лица, указанные в статье 30 Закона о всеобщей воинской обязанности, также не подлежат приписке к призывным участкам.

2. На основании постановления СНК СССР за № 1143—280с от
22 октября 1938 года, дети трудпоселенцев при достижении 16-летнего
возраста, если они лично ничем не опорочены, освобождаются из трудовых поселков с выдачей паспортов, но с ограничением проживания в режимных городах. Освобожденная из трудовых поселков призывная молодежь подлежит приписке к призывным участкам и призыву в Армию с зачислением в кадровые части по особому указанию НКО СССР».

Таким образом, указание ГУ РККА от 27 февраля 1940 г. подтвердило
незыбленность прежней практики, а именно: все лица, сохраняющие статус трудпоселенца, на военную службу не призываются. Исключение делалось только для молодежи, освобожденной по постановлению СНК СССР от 22 октября 1938 г., т.е. для лиц, уже не имевших статуса трудпоселенца.

К концу 1930-х гг. подавляющее большинство трудпоселенцев продолжало оставаться без паспортов. Они не выдавались даже трудпоселенцам, работавшим в угольных шахтах и проживавшим в шахтных поселках бок о бок со свободными гражданами. В августе 1939 г. зам. наркома внутренних дел СССР В.В. Чернышев в письме на имя секретаря Президиума Верховного Совета СССР А.Ф. Горкина сообщал: «Трудпоселенцам, проживающим в зоне шахтных поселков, паспорта выдаваться не будут. Этот контингент будет прописываться по справкам комендатур трудпоселков...»

Во второй половине 1939 г. некоторым трудпоселенцам, работавшим на
строительстве, лесосплаве и в других отраслях народного хозяйства по
трудовым соглашениям, заключенным между ними и хозорганами, было
разрешено выдавать паспорта с отметкой в графе 10-й: «Годен для проживания в таком-то районе». Лица, вступившие в брак с нетрудпоселенцами, обычно получали право на выезд в избранные ими места жительства и на получение паспортов.

В апреле 1939 г. Л.П. Берия представил в ЦК ВКП(б) и СНК СССР
на утверждение проект партийно-правительственного постановления об
«уточнении правового положения трудпоселенцев». По своей сути проект был ориентирован на наиболее радикальное за все 1930-е годы реформирование «кулацкой ссылки». В частности, предусматривалось упразднение комендатур с возложением функций последних на районные отделы милиции. Однако НКВД сделал всё возможное, чтобы не допустить такой «реформы», вследствие которой могла быть нарушена создававшаяся в течение почти десятилетия система «трудовой ссылки». Проект обсуждался и уточнялся на протяжении почти двух лет, пока, наконец, в марте 1941 г. руководство НКВД само не уведомило СНК о «неактуальности этого вопроса» и не попросило «проект с обсуждения снять».

По нашим оценкам, общее число раскулаченных в 1929— 1933 гг. и позднее крестьян (всех трех групп) могло максимально составлять 3,5 млн, из них порядка 2,1 млн побывали на спецпоселении («кулацкой ссылке»). Всего, по нашим расчетам, в период 1930— 1940 гг. через спецпоселение в форме «кулацкой ссылки» прошли около 2,3 млн человек, включая «примесь» в лице городского деклассированного элемента, высланного из погранзон «сомнительного элемента» и др. В 1940 г. в «кулацкой ссылке» оставалось около 1 млн человек, и, следовательно, убыль за 1930— 1940 гг. составила около 1,3 млн (2,3 млн — 1,0 млн), из них умерших было не более 600 тыс., а бежавших и освобожденных — свыше 700 тыс. https://realnoevremya.ru/uploads/articles/4e/9d/4ab39..

Опубликовано - "Сталинская эпоха. Экономика, репрессии, индустриализация. 1924— 1954 "/ Виктор Земсков. — М. : Вече, 2018. с.75-76.
Оставить сообщение